Сезон первый.

[guillelme]

13. За морем.

Некий маньяк-убийца, ранее приговоренный (не без вмешательства Малдера) к смертной казни, испытал такой шок в газовой камере, что у него открылись телекинетические способности. Он может мысленно связываться с душами как мертвых, так и пока что живых людей. А у Скалли как раз прямо в сочельник помер от обширного инфаркта папа и она увидела его привидение, сидящее под елкой и разевающее рот, но что привидение говорило, Скалли так и не поняла, поэтому вся ее надежда была на ясновидящего маньяка.

А тем временем в округе действует другой маньяк, слава Богу, не ясновидящий, а просто похищающий и убивающий студентов (наверное, когда-то его отчислили за академнеуспеваемость). Малдеру доложили, что маньяк-ясновидец хочет поговорить с Малдером и рассказать, где похищенные маньяком № 2 студенты. Но маньяк, которому приговор не отменили, а только из садизма отсрочили, увидев, что его дар социально востребован, естественно, пытается выторговать себе жизнь за сведения, где эти жертвы могут находиться. Малдер на это не ведется и пытается вывести ясновидца на чистую воду, подсовывая ему в качестве «вещдока» кусок своей майки. Но Малдер не догоняет: ясновидцу ни майка, ни настоящий вещдок не нужен; ему просто нужно закатить глаза – и Остапа понесло. В мучительном трансе, на который было жалко смотреть, он лепечет что-то про водопад без воды, ангела и камеру смертников. Преисполненный скепсиса Малдер открывает ясновидцу глаза на происхождение клочка материи, но Скалли, к которой ясновидец обратился так, как обращался только ее отец, да и то в узком кругу семьи, склона верить зэку. В глубокой задумчивости она едет домой и – о чудо! – видит рекламный водопад, а рядом каменное изваяние ангела. Пошерстив в округе, Скалли натыкается и на дверцу с надписью «камера смертников», но там ничего, кроме браслета похищенной студентки не находит.

Скалли едет к зеку-ясновидцу и кричит, что он заодно с маньяком № 2, и в похищении двоих студентов тоже замешан. Тот ей весьма философски замечает, что если она считает так, то пусть доказывает свои бредни в суде, а вот что хотел сказать папа – Скалли так и не узнает. Но сможет узнать, если поднимет зад и пойдет по всем бюрократическим инстанциям и выторгует помилование для него, горемычного маньяка, в обмен на сотрудничество с органами. В качестве аванса ясновидец наводит их на домик у озера, не без злорадства добавив, что видит там Малдера, из которого хлещет кровь, падая на крест.

Вся рать мчится к домику, но маньяк № 2 родился, видать, в рубашке, и ему удается уйти от погони на катере вместе со связанным студентом, ранив попутно Малдера в плечо (кровь, правда, полилась не на крест – Малдеру до Христа как свинье до неба – а на парапет в форме креста).

Пока Фокса лечат в больнице, Скалли ходит по разным ведомствам по делам помилования, но везде ей говорят фак. Она решила скрыть это прискорбное для зека решение и обнадежила его утешительной ложью. Зек (он же ясновидящий, поэтому знал наперед, чем все дело обернется) из альтруизма все же дает наводку на маньяка № 2, предостерегая Скалли от шатких мостков. Благодаря этому предупреждению Дэйна остается жива, а вот от маньяка № 2 фортуна отвернулась и он сломал себе шею. Похищенного студика находят, но манька-ясновидца таки казнят. А ведь сказано: «Не заграждай рта у вола молотящего». Как бы эта курица, несущая золотые яйца, еще пригодилась следствию!

Такая вот поучительная серия о том, что не следует верить в ментовское гониво типа «Напиши явку с повинной и мы тебя отпустим». И вообще, с ментами (как с отечественными, так и американского разлива) лучше не сотрудничать. И совесть чище, и спится лучше.

 

Введіть зміст скрадання.